<<< на главную # <<< другие интервью # карта сайта
# Светлана Сорокина: передачи, интервью, публикации. #

Летняя телевизионная гостиная радио «Свобода».

Свобода. 05.08.2003. ведущая ― Арина Бородина


Арина Бородина: У нас в гостях ведущая ток-шоу "Основной инстинкт" на "Первом канале" Светлана Сорокина. Добрый день, Светлана. Спасибо, что пришли и, прежде всего, я хочу поздравить вас с важным событием в вашей жизни ― с появлением дочки Тони. И я думаю, что к моим поздравлениям присоединятся все слушатели нашей программы. Об этом событии, писали все газеты...

Светлана Сорокина: Спасибо, спасибо за поздравления.

 

Арина Бородина: Света, скажите, сильно изменилась ваша жизнь с появлением Тони. Как она растет?

Светлана Сорокина: Стало катастрофически меньше времени, стало огромное количество дел, которые нельзя перенести, нельзя махнуть рукой, нельзя отложить, как-то уплотнилась жизнь и все убыстрилось.

 

Арина Бородина: А как растет, как меняется Тоня?

Светлана Сорокина: Ну, растет, судя по всему, растет. Она вот дома всего лишь месяц, и такое ощущение, что растет. Ну, есть и реальные показатели, мы ее взвесили, замерили ― прибавила!

 

Арина Бородина: В общем, жизнь меняется и вносит свои коррективы, но телевидение для вас...

Светлана Сорокина: Я в отпуске! И, честно говоря, вчера вот сидела дома на даче. Сижу, положила Тоньку спать, накормила, вымыла посуду, сижу и думаю: а ведь вот давно не было таких хороших каникул, как сейчас. И это так здорово...

 

Арина Бородина: То есть, не хочется думать просто о том, что предстоит осенью на работе?

Светлана Сорокина: Честно говоря, да. Я как-то так это отложила на дальнюю полку своих размышлений. Хотя ведь, вот-вот, две недели, и надо уже будет выходить.

 

Арина Бородина: А отложили почему, потому что сложно говорить о предстоящем телевизионном сезоне; о том, какое место займет программа "Основной инстинкт" в сетке "Первого канала", или по каким то другим соображениям? Переоценка, может, какая-то идет?

Светлана Сорокина: Все очень сложно. Я действительно с трудом и с опаской смотрю на предстоящий осенний сезон...

 

Арина Бородина: Из-за выборов?

Светлана Сорокина: Да, конечно. И из-за выборов, и из-за многих других причин. Я не знаю, честно говоря, какое место, займет в сетке "Основной инстинкт", потому что перед уходом на каникулы, несмотря на мои попытки внести ясность, это так и не удалось, вот поэтому много вопросов, много-много, чего я не знаю.

 

Арина Бородина: Нам звонят слушатели, добрый день, вы в эфире:

Слушатель: Добрый день, Светлана, вот такой вопрос: я считаю, что к числу основных инстинктов относятся творчество, изобретательство, и так далее. И так вот, почему у нас ни одной передачи нет об этом? Это не менее актуально, чем та чернуха, которая муссируется сейчас постоянно. Я не говорю про вашу передачу, к вам это не относится, а в целом.

Светлана Сорокина: Про изобретательство, про творчество... Ну, не стала я дольше расспрашивать человека, но, честно говоря, надо конкретизировать ― что значит ток-шоу о творчестве? Об изобретательстве? Вот, о чем конкретно говорить?

 

Арина Бородина: Да и формат общественно-политического ток-шоу, наверное, все-таки диктует более жесткие рамки.

Светлана Сорокина: Там есть свои законы, это некий проявленный конфликт ― "за" ― "против". Поэтому я не очень понимаю, хорошо изобретать, или плохо. Ну, наверное, хорошо. Я не очень поняла, как здесь можно построить программу, но обещаю подумать.

 

Арина Бородина: Света, скажите, а как вам вообще кажется, формат политического, общественно-политического ток-шоу, которого собственно сейчас практически нет на каналах, кроме вашего и "Свободы слова" на "НТВ" ― он вообще востребован аудиторией, или все-таки развлекательные форматы больше сейчас на телевидении популярны?

Светлана Сорокина: Во всяком случае форматы с большой долей развлекательности, конечно. К этому больше тяга. Сейчас, мне кажется, тяжело идут общественно-политические ток шоу. Мы так с большим трудом, больше ударяясь в какую-то "социалку", какое-то внимание аудитории привлекали даже больше по России, именно за счет социальных тем.

 

Арина Бородина: То есть, политика меньше пользуется спросом?

Светлана Сорокина: Политика меньше. Но здесь есть палка о двух концах: не было яркой политики, честно говоря. Имеется в виду не самок последнее время, когда пошли вот эти скандалы с тем же "ЮКОСом" и прочее, и прочее, а вот, например, весна, начало лета ― такой затишок был, тяжелый штиль, и не было яркой политики, ну, и ярких политиков немного.

 

Арина Бородина: Но сейчас выборы, предстоящий сезон будет жаркий, и, как вам кажется, ваше шоу может быть здесь востребовано, или все-таки руководство "Первого канала" побоится, зная вашу прямолинейность, принципиальность, смелость, отдать вам этот формат во время выборов?

Светлана Сорокина: А вот поглядим. Не знаю, Арина, вот поглядим, потому что Бог его знает, что это будет, обозначат ли мне как задачу, а ведь хозяин-барин, я контрактный работник на "Первом канале", обозначат мне пожелание просто как социальное ток-шоу, такое может тоже быть, меня могут, в принципе, от дебатов отстранить. Либо все-таки я буду участником каких-то дебатов и смогу именно политиков приглашать, и у меня, кстати, есть представление, как это можно сделать интересно, тем более, опыт есть на эту тему. Не знаю, поглядим.

 

Арина Бородина: Светлана, когда вы в начале этого принимали предложение Константина Эрнста, в своих первых интервью, мне, в частности, на вопрос о том, боитесь ли вы цензуры на "Первом канале", вы говорили, что, "поработаю, потом расскажу". Вот сейчас, отработав до конца телевизионного сезона, можете сказать, были все-таки моменты, когда вас цензурировали, когда руководство "Первого канала" не давало делать какие-то темы для эфира?

Светлана Сорокина: Вы знаете, тут очень сложно говорить. Нет прямой цензуры. Все стало гораздо изощреннее. Это раньше, наверное, можно было кондово вызвать, сказать ― нет, все, запретить, не сметь, не трогать, этого не брать! Сейчас все как-то стало куда более хитро. Например, заявляешь какую-то тему, мне говорят: "Она не будет пользоваться спросом, рейтинга не будет. Это будет провальная тема". Мне трудно спорить, потому что вроде как менеджерам виднее, что будет пользоваться спросом, а что нет. Или там еще что-то ― "нет, у нас уже было много передач на эту тему, в новостях много было, это будет перебор". Знаете, я не могу сказать о прямых запретах, но есть такие как бы пожелания. Есть что-то, что отклоняет от выбранной темы.

 

Арина Бородина: У нас есть звонки от слушателей, добрый день?

Слушатель: Добрый день, Светлана. У меня к вам вопрос. Вот, с первых минут общения с ведущей мне показалась какая-то неуверенность в вашем будущем, вас и вашей программы на "Первом канале", вот чувство независимости, которое есть у "Владимира Познера, у вас как такого работника ОРТ нынешнего, что, отсутствует?

Светлана Сорокина: Как это сочетается с первой половиной вопроса ― моей неуверенностью ― и с чувством независимости?..

 

Арина Бородина: Видимо, наш слушатель хотел спросить о том, что действительно чувствуется некоторая ваша неуверенность в будущем программы. Вы еще сами не до конца приняли решение, выходите ― не выходите в эфир на "Первом канале"?

Светлана Сорокина: То есть как? Нет, у меня контракт до 31 декабря, так или иначе, выхожу, если выпустят.

 

Арина Бородина: Но "если выпустят". Вы постоянно делаете оговорку:

Светлана Сорокина: Я уже столько лет работаю на телевидении, так неплохо знаю уже эту кухню, я действительно здравый человек, я предполагаю, что сегодня я думаю одно о завтрашнем дне, а завтра может приключаться другое. Тем более, вспомните мою телевизионную биографию, чего только не было, я не могу загадывать вперед, не только на год, но и на более короткий срок.

Ну, а свои возможности и позицию, каждый проявляет, где может и как может.

 

Арина Бородина: Светлана, а опыт работы на "Первом канале" ― это все-таки важный дополнительный опыт в вашей телевизионной карьере? Вы сами сказали, что работали уже почти на всех каналах, которые сейчас существуют:

Светлана Сорокина: На всех?! Ну, это слишком:

 

Арина Бородина: Всех центральных ... Или просто уже воспринимаете работу на "Первом" как данность, поскольку это работа, это профессия, ее надо выполнять ― вы сами сказали, у вас есть контракт, и его надо выполнять ― или это все-таки опыт, через который нужно пройти, или такой опыт вообще не нужен?

Светлана Сорокина: Даже не знаю, как ответить на ваш вопрос ― нужно это или не нужно. У меня так получилось. Я иду по этой дорожке. Не знаю. Наверное, это тоже чуть потом можно будет осознать, нужен этот опыт, или нет, или излишен. Хотя, может быть, нет лишнего опыта.

 

Арина Бородина: Мне тоже кажется, что лишнего опыта не бывает. Добрый день, у нас есть звонок.

Владимир Николаевич: Меня зовут Владимир Николаевич, у меня вопрос к Светлане Сорокиной. Будьте любезны, оцените, если можно, степень свободы слова в разные периоды ― путинский, ельцинской, горбачевский. И второй вопрос: нуждается ли в настоящей свободе слова общество сегодняшнее в России?

Светлана Сорокина: Вот, если коротко, хотя вопрос большой: вы знаете, мы тут собирались, жюри премии Артема Боровика, небольшим жюри, и решили, что одну из премий мы, наверное, вручим Горбачеву. За как бы вклад его в развитие свободной прессы. Это действительно так, я считаю, Горбачевым большой был толчок дан, и, может, это самый заметный период для становления какой-то демократической прессы. А вот ельцинский период ― это такой странный период, когда много чего можно было говорить и писать, но на это мало кто обращал внимание, или никто не обращал. Такая странна была свобода без отдачи, такая свобода для самих себя. А сейчас наступил третий, причем это действительно так четко делится по периодам, наступил третий период, период, может быть, для всех нас, особенно родившихся, что называется в той журналистике, самый тяжелый, наверное, мы воздух свободы вдохнули, а выдохнуть не смогли. Поэтому, конечно, сейчас очень трудный период, когда опять началось. Если раньше были отдельные такие участки в общественной жизни, куда было просто не достучаться всегда, это было Министерство обороны, всегда, была Патриархия, когда просто надо сто посланий, сто писем, и с нулевым результатом...

 

Арина Бородина: ФСБ...

Светлана Сорокина: Кстати говоря, был период, когда Владимир Владимирович Путин там работал ― давал интервью довольно охотно, а сейчас все расширяется эта зона, все толще стена, все выше, и все стало трудно, трудно...

 

Арина Бородина: Но вам профессия сейчас интересна?

Светлана Сорокина: Как бы это сказать, мне профессия интересна...

 

Арина Бородина: Радует или огорчает?

Светлана Сорокина: Она доказывает, что она очень сложна и тяжела, так скажем, на данный момент. И это нормально, наверное, такие периоды тоже должны быть. Конечно, трудно, раньше, по крайней мере, политиков было изобилие, ярких личностей было много, можно было как-то, а сейчас вот и их нет. Вы понимаете, я иногда, когда меня спрашивают, почему сейчас нет ярких персонажей, с кем действительно можно иметь дело, я помню, когда-то в детстве видела один фильм, старый голливудский, костюмированный, мне там одна сцена запомнилась, страшная римская казнь: закопаны люди по шею, и идет какая-то машина наподобие комбайна, которая острым ножами срезает эти головы, выкашивает просто. У меня иногда такое страшное сравнение всплывает в башке, потому что мне кажется, у нас кто-то приподнимется, высунется, моментально "секир-башка" происходит, все заравнивается, заравнивается.

 

Арина Бородина: А вы думаете, такая тенденция только в политике? Мне кажется, что на телевидении тоже такая тенденция.

Светлана Сорокина: Я говорю про все.

 

Арина Бородина: Нет ярких личностей, нет ярких ведущих.

Светлана Сорокина: А это, на самом деле, я, кстати говоря, с одним кремлевским деятелем, вот этим "разводящим" разговаривала в некоем присутствии, и спросила: что же вы делаете, смотрите, у вас выстроенное вами огромное аморфное "Единство", где практически некому представительствовать, ярких персонажей нет, лиц нет, не знаешь, к кому обратиться, чтобы прокомментировать события...

 

Арина Бородина: Кроме Шойгу, который, как говорится, ничего не комментирует.

Светлана Сорокина: Да, это отдельный персонаж. И мне было сказано: "А вам бы только все клоунов, шоу свои делать". Я говорю ― причем тут клоуны и шоу, должны быть люди, которые могут ярко артикулировать, доказать свою точку зрения, завербовать себе "заединщиков", должны же быть такие люди, из кого вы потом на следующих выборах президента будете выбирать: Но нет ответа!

 

Арина Бородина: У нас звонок от слушателей, добрый день, мы слушаем вас.

Нина Викторовна: Нина Викторовна, добрый день, во-первых, хочу поблагодарить радиостанцию "Свобода" за самые разнообразные передачи, в течение многих лет слушаю и благодарю вас. Светлане хочу высказать особую симпатию, пожелание удачи во всем. А вопрос у меня вот в чем: скажите, каким образом вообще формируется рейтинг передачи? Уже была передача на тему о том, когда вот закрывали "ТВ-6", и очень хотелось бы узнать, кто определяет, какая передача пользуется успехом, какая нет, какая более выгодная, какая нет. Как это делается? Кто решает за нас, за слушателей, как это все происходит?

Светлана Сорокина: На самом деле... Я попытаюсь в двух словах. Это сложно ответить, потому что есть целая сложная система, целая индустрия подсчета слушателей и зрителей, и читателей, это очень сложная система, частично такая механизированная, и частично вручную, что называется. Здесь есть обзвоны, здесь есть датчики, которые стоят в некоторых семьях, так называемые репрезентативные выборки делаются, сложная система подсчета, она, конечно, не дает точного представления, но за какой-то промежуток времени в неких абсолютных цифрах можно составить представление, та или иная передача пользуется спросом, или нет. Вот, собственно говоря, и все. Основные заказчики ― это рекламодатели, которые, конечно, размещают свою рекламу и заинтересованы в популярности.

Арина Бородина: А почему закрывают программы, или каналы ― это уже...

Светлана Сорокина: Это уже далеко не всегда. Бывает, конечно, и из-за рейтинга, но далеко не всегда.

Арина Бородина: Но канал ТВС закрыли совсем не из-за рейтинга...

Светлана Сорокина: Здесь не было никакого отношения к рейтингу. И с ТВ-6, и с ТВС ― уже совсем другая история.

Арина Бородина: Светлана, а вы со своими коллегами по ТВС общаетесь, поддерживаете отношения?

Светлана Сорокина: Да, разумеется.

Арина Бородина: Не могу не спросить вас еще об одной теме, которая тоже обсуждалось в газетах, и, возможно, будет подниматься вновь ― о том, что вы, возможно, будете баллотироваться в Государственную Думу от фракции "Яблоко". Даже Сергей Иваненко, представитель фракции, говорил в "Интерфаксе" на своей пресс-конференции, что с вами ведутся переговоры. Что по этому поводу можете сказать?

Светлана Сорокина: Нет здесь большого секрета, я вообще как-то не умею особенно что-то скрывать.

Арина Бородина: Вы человек прямой, это все знают

Светлана Сорокина: У меня как-то все сразу выплывает. Так вот, переговоры были, не я была их инициатором. Меня действительно, как-то так пригласили к разговору, это был май и июнь. Пожалуй, вот эти два месяца как-то я плотно размышляла на эту тему, именно учитывая самые разные обстоятельства, в том числе и непростую телевизионную историю, и такое невнятное будущее, и так далее. Я размышляла на эту тему. Не в последнюю очередь потому, что чертовски хочется поработать, если уж идти в Думу, то можно будет...

Арина Бородина: Как раз говорите, что нет ярких персонажей в политике...

Светлана Сорокина: Ну, я не претендую, это неизвестно, что бы из меня, как политика, получилось. Есть масса примеров, когда мои яркие коллеги ходили во власть и ничего особого не происходило, редкие исключения вроде Щекочихина, а так ведь масса людей, которые не стяжали славы как политики.

Арина Бородина: Но сейчас еще вопрос не решен?

Светлана Сорокина: В принципе, я раздумала. Я как-то прикинула, что эта Дума будет тяжелая, вязкая, на мой взгляд, не самая интересная, я как-то раздумала. Но еще не вечер, еще списки не сформированы, еще до конца августа в принципе можно почесать затылок.

 

Арина Бородина: У нас есть звонок от наших слушателей, добрый день.

Алексей: Меня зовут Алексей, Москва. Светлана, вот очень интересный вопрос такой. У меня два вопроса. Первый, краткий ― как набирается обойма так называемых экспертов, потому что очень часто они абсолютно ничего не понимают, они не понимают, откуда растут ноги. Вот если Явлинский заявляет, что он не знает, вот было 500 тысяч в начале 90-х годов демонстрантов, потом не знает, куда они делись ― я могу рассказать, куда они делись, и как это точно подтвердить, например. И второй мой вопрос такой: вот недавно "Эхо Москвы" сделало такой "наезд" на президента, причем совершенно нагло, открыто, что вот де он, что Никита заявила, что к ней были такие грубые приставания. Здесь есть два момента, одно дело ― как смотрят в Северной Америке на взгляд мужчины на женщину, и как в Европе....

Светлана Сорокина: Что-то мы...

Арина Бородина: Уплыли и уплыли...

Светлана Сорокина: Не поняла. Про Никиту я вообще ничего не понимаю. И, честно говоря, про этот выпад ничего не могу сказать.

 

Арина Бородина: Видимо, это крик души нашего слушателя. Но вот на первый вопрос...

Светлана Сорокина: Как выбираются эксперты? Попытаюсь очень коротко. У нас есть первый ряд, куда мы высаживаем, от 7 до 10 человек у нас там садится, основных собеседников. Я всегда требую меньше, получается всегда на всякий случай больше. Выбираем мы сами, наша редакторская группа. Мы обзваниваем разных людей и собираем некую компанию, которая сидит там в первом ряду. Да, конечно, иногда случаются там люди, которые оказываются не слишком компетентными. Такое случается. Либо мы плохо провели интервью по телефону, либо мы не смогли, я не смогла разговорить во время эфира, такое бывает. Но основные собеседники все-таки люди компетентные и, кстати говоря, довольно смешно, что по поводу моего первого ряда уже ходили разные слухи, а кто-то мне даже переслал факсы, которые были разосланы в разные организации...

 

Арина Бородина: Якобы, вы берете деньги.

Светлана Сорокина: Что мы вроде бы за деньги приглашаем в первый ряд. Пользуясь случаем, хочу сказать, что ни за какие деньги мы никого не приглашаем. Приглашаем только мы сами, только тех, кого мы считаем нужным.

 

Арина Бородина: Света, короткий вопрос: в октябре 10 лет "НТВ", скажите, для вас это: праздник, просто дата: Что это?

Светлана Сорокина: Это повод для размышлений. Я, правда, стараюсь, запрещаю себе жить с башкой, повернутой назад, я не вздыхаю, я не оглядываюсь, было и хорошо, спасибо за то, что было.

 


<<< на главную # <<< другие интервью # Светлана Сорокина: передачи, интервью, публикации. # карта сайта