<<< на главную # <<< другие интервью # карта сайта
# Светлана Сорокина: передачи, интервью, публикации. #

Светлана СОРОКИНА: Я НЕ ВЛЮБЧИВА

 

Интервьюер, дата и место публикации не установлены. По тексту похоже, что это интерью относится ещё к вестёвским временам. Буду весьма благодарен за любые уточнения — ПИШИТЕ! Подозрительно много совпадений с другим интервью — так что, возможно, это компиляция.


От Светланы Сорокиной звёздной капризности я не ждал. Но познакомились мы так. По моей вине в условленный час я потерял Светлану, записав неверно ее телефон. Встреча срывалась. Я нервничал, понимая, что происходит. Вдруг звонок: «У вас что-нибудь случилось? Это Сорокина». Спокойствие в голосе и готовность помочь коллеге подтвердили заочное впечатление, сложившееся по телеэкрану: эта женщина — свой парень!

 

— Светлана, ваш родной дом в Питере, но сейчас вы почти все время в Москве. Что же лучше — Питер или столица?

 

— Хм… а что лучше — яблоко или груша? Не знаю я. Если вы про то, чувствую ли я Москву своим городом… Уже чувствую. Хотя я очень много раз рассказывала, как мне было трудно поначалу, как я при первой же возможности моталась домой, в Ленинград. Да, все это было. Но потом началась работа и просто пропали возможности куда-либо мотаться. Сейчас я в родной Питер отправляюсь где-то раз в месяц, без него не могу — там моя жизнь, это моя родина.

Кстати, не так давно у меня в Москве пявилась своя квартира. До этого я жила в служебной гостинице во дворе РТР. Жилплощадь мне по ходатайству выделила мэрия — однокомнатную квартиру в Бабушкинском районе, у самой окружной дороги. Но тут — это уже мое цыганское счастье такое — выяснилось, что дом наш был безхозным: одна какая-то организация его передавала на баланс другой, и в итоге он между этими балансами заблудился, и никто за него не отвечал. Поэтому там постоянно отключалась вода, горела проводка, а на свой одиннадцатый этаж я почти всегда добиралась пешком. Потом соседи стали с жалобами ко мне приходить: “Кто у нас телевидение, в конце концов?” И я стала пытаться разобраться, звонить куда надо, ходить с телекамерой по инстанциям. А потом я пришла к какому-то чиновнику, он мне посочувствовал, вошел в мое положение и сказал: “Знаете, я вообще-то тут навел справки и вот что хочу сказать вам, вы лучше меняйтесь”. И так мне запали в душу эти слова, что я действительно решила меняться.

 

— Поменялись успешно?

 

— Да. Но это совсем не значит, что я в Москве теперь навсегда. Напротив. Я точно знаю: если даст мне судьба возможность такого выбора, то помирать я все равно поеду в Питер. “На Васильевский остров я приду умирать”, — помните? У меня, правда, не так громко, не на Васильевский, а в Царское село — я оттуда. Но по-другому я почему-то себе этого не представляю. Я там родилась, там должна и доживать. Старость моя только там видится. С друзьями и любимыми книгами. И главное — среди всего этого окружения: этих домов, этих деревьев, до последней веточки знакомых с детства…

 

— Не рановато о старости? Лучше давайте о детстве. Вы каким ребенком были?

 

— Очень хорошим. Светловолосая очень, — меня поэтому и Светланой назвали, очень симпатичная…

 

— Мне почему-то кажется, что вы в детстве дрались с мальчишками и лазали по заборам. Так?

 

— Да?! Я произвожу такое впечатление? Нет, я не дралась. И в детстве ни разу не перелезала через заборы. Правда, пять лет назад об этом сильно пожалела.

 

— Почему?

 

— Это смешная история. Как раз тогда я жила в гостинице. А она за забором в два с лишним метра и при охране — все как положено. Я поздно вернулась из гостей и, решив не ждать, пока милиция мне откроет, полезла через забор. Сорвалась. Приземлилась крайне неудачно, и сделала вывод — в жизни через все надо пройти, но лазать по заборам лучше учиться вовремя!

 

— Случайно в школе вы не были отличницей?

 

— Да, да и да! У меня золотая медаль, и синдром отличницы я познала на собственной шкуре. Конечно, нет худа без добра. Сегодня я понимаю, что не нужно было так распыляться и тратить силы на “все пятерки по всем предметам”. Но при всем том… Натренированной любознательностью и неуемной какой-то настойчивостью я обязана комплексу “советской отличницы”. И, признаться, я по сей день не люблю, чтобы у меня получалось что-то плохо. Ладно уж на “четыре”, но на “троечку” — нет!

 

— Вы окончили ленинградскую лесотехническую академию. А как попали на телевидение?

 

— “С улицы” и случайно. Работы по специальности было мало, я вечно училась еще на каких-то курсах — экскурсоводов или обработки информации. И вдруг узнала, что Ленинградское телевидение объявило набор на курсы дикторов. Конкурс 100 человек на место. Пришло очень много красивых девушек с актерским образованием, поставленным голосом и не боящихся камеры. Победа казалась мне нереальной. Я зажала свое самолюбие в кулачок и решила просто заглянуть в приоткрытую дверь – в таинственный телемир. А дверь взяла и открылась!

 

— А как вы оказались с Невзоровым и почему разошлись?

 

— Вы хотите рассказа-скандала? Его не будет. Расстались мы, видимо, выработав определенный лимит, за которым должен быть выход на некий новый виток в понимании профессии в жизни. У Невзорова свои взгляды, у меня — другие. Но он — основатель программы. Менять курс — его право. Рейтинг программы не падал, это для меня означало, что нужно искать свою дорогу. Вот такая история.

 

— Почему ваши глаза на экране чаще, чем у других ведущих, бывают грустны?

 

— Думаю, это из-за Москвы. Она словно под куполом негативных эмоций и настроений, напряжение просто в воздухе висит. А тут еще погода давит, лица людей сумрачны, на дорогах пробки – ни пройти ни проехать. Информация ото всюду поступает тревожная. И это трудно от себя откинуть. Я плохая актриса.

 

— А как вы “собираетесь” в стрессовой ситуации?

 

— Судя по тому, что вы сказали, мне это слабо удается. И меня часто и, видимо, справедливо, ругают: “что ж ты так серьезно — аж удавиться хочется!” Но я считаю так. Есть какая-то в России особенность: искренности и эмоциональности пока у нас никто не отменял, сопереживания — тем более. Конечно, появилась целая формация людей, для которых эмоции — лишнее состояние. Но сегодня у всех есть выбор — переключите канал, и вы получите другую подачу, более радужную или нейтральную. Люди такие разные, и мы, ведущие, не должны быть одинаковыми.

 

— У вас большая семья?

 

— “Семья-то большая, да два человека…” И еще кот у нас, Тишка. Но я обещала Володе и Тишке сегодня о них не болтать.

 

— И все-таки признайтесь: почему вы выбрали именно Володю?

 

— Знаете, по гороскопу я Козерог. Всю жизнь работала, чего-то добивалась, куда-то стремилась — вверх, выше. У меня вечно не было времени сосредоточиться на личной, женской своей судьбе. Мужчины, у которых хватало терпения добиться, чтобы я остановилась и оглянулась, в лучшем случае становились моими друзьями. Володя оказался самым упрямым и дружбы нам показалось мало.

 

— То есть вы влюбляетесь редко?

 

— Да. Я не влюбчива.

 

— Разве семья может помещать карьере?

 

— Наверное нет, даже скорее наоборот, поможет. Ведь семья – это опора в жизни, конечно, если муж и жена понимают и любят друг друга. А вот работа как раз разрушает семьи.

 

— А измена может поколебить семейное счастье?

 

— Здесь многое зависит от обстоятельств. Я бы не стала падать в обморок и устраивать скандал, узнав о свершившемся факте, — ведь сама по себе измена еще не свидетельство того, что меня не любят и не уважают. Надо просто разобраться во всем и сделать соответствующие выводы для себя, и ни в коем случае нельзя делать великодушный жест: прощать с тем, чтобы всю оставшуюся жизнь попрекать. Вот тогда семья точно распадется.

 

— Светлана, при вашей работе с хозяйственными проблемами, наверное, нелегко справляться?

 

— Тяжело. Во-первых, как то ни странно, вечно не хватает денег. Во-вторых, я очень безалаберная хозяйка — покупаю что придётся, готовлю от случая к случаю. Мне не хватает времени не только на хозяйство, а даже на чтение, театры…

 

— Для вас ваши увлечения важнее домашних дел?

 

— В общем, да. Когда у меня было время, я увлекалась многим: спорт, музыка, театр, книги, путешествия. А сейчас я даже не успеваю ходить в бассейн, не говоря уж о музеях, театрах и путешествиях. Особенно здесь, в Москве, где у меня меньше возможностей. Остаются книги…

 

— А что читаете: классику, детективы, фантастику?

 

— У меня был период, когда я читала серьёзные, основательные книги. А сейчас... Признаюсь, полюбила и детективы. Люблю стихи, особенно Ахматову, люблю фантастику. Но самое любимое мое чтение — это философские сказки. Особенно нравится “Властелин колец” Толкина. Если не читали, обязательно прочтите.

 

— Где бы вы предпочли отдыхать: на природе или на шумном цивилизованном курорте?

 

— Я отдыхаю там, где мне хорошо. А хорошо мне на природе. Я люблю одиночество, тишину — слишком много суеты вокруг меня. Я давно уже не бываю в шумных компаниях, потому что не отдыхаю в них, а наоборот, устаю.

 

— Светлана, если бы вам представилась возможность встретиться с кем-нибудь из “великих”, кого бы вы выбрали?

 

— Из “великих” не знаю, но мне бы очень хотелось встретиться с человеком, который будет вести мою программу через сто лет.

 

— И что бы вы у него спросили?

 

— Я бы спросила, счастлив ли он.

 

— И напоследок раскройте секрет: как вам удается так быстро переключаться с плохого настроения на хорошее?

 

— Спасают гримерная и чувство локтя в телебригаде. Девочки в гримерной воркуют, колдуют, продукт их творчества — я. Они заставляют меня посмотреть в зеркало и увидеть в нём — за 20 минут до эфира — что… жизнь состоит не из одной политики! А бригада моя настолько надёжна, что можно расслабиться и за минуту до выпуска спокойно поболтать о помаде, например, о том, что приготовить дома на ужин или где купить новую кофточку. Если каждый из нас будет игроком такой же команды, жить станет легче и интереснее!

 

источник: http://www.shortway.to/m-magazin/4sor.htm


<<< на главную # <<< другие интервью # Светлана Сорокина: передачи, интервью, публикации. # карта сайта